В гос­тях у редак­ции "АиФ-Чува­шия", уро­же­нец г. Канаш, мас­тер народ­ных худо­жес­твен­ных про­мыс­лов Ана­то­лий Вла­ди­ми­ров

Тематика работ автора во многом навеяна первобытным искусством.В руках "широкоформатного" специалиста благородные бивень ископаемого мамонта, клык моржа или рог оленя превращаются в выразительные пластичные образы, храня в себе секреты первобытного искусства и национальных традиций и в то же время отражая личное видение автора. Корреспондент "АиФ-Чувашия" застал умельца в процессе работы в мастерской, расположившейся в стенах Канашского краеведческого музея.Досье Анатолий Владимиров. Родился в 1945 году в Канаше. Окончил Всесоюзный народный университет искусств им. Н.К. Крупской. Участник и лауреат фестивалей народных промыслов. Его выставки имели большой успех в Чувашии, а также в Москве, Елабуге, Магадане, Салехарде, Новосибирске, Хабаровске, Петропавловске-Камчатском и других городах России. Первые шаги - Анатолий Алексеевич, таких мастеров, как вы, в Чувашии единицы. Откуда взялось столь экзотическое по современным меркам занятие?- Рисованием и лепкой я стал увлекаться в школе, - ведет рассказ художник, разминая в руках кусок глины, постепенно приобретающий форму. - Школа наша находилась вот здесь, сбоку (показывает), и, сидя у окна, я смотрел, как строился этот музей. В 5-6 классе рисовал карикатуры для школьной стенгазеты, состоял в редколлегии. А занимаясь в кружке лепки, попробовал делать свои первые поделки - маски (такие, какие сейчас делают из папье-маше) и свистульки.Служил в армии я в железнодорожных войсках: сначала в Свердловской, а потом в Горьковской области, где дослужился до младшего лейтенанта отдельного мостового взвода и приобрёл навыки машиниста лёгких паровых машин. Нашей задачей было строить мосты и, если понадобится, их взрывать. Сразу после окончания службы я уехал работать в город Магадан, где поначалу устроился плотником-бетонщиком. Прослышав о том, что я умею держать в руках кисть, меня попросили похудожничать: выделили мне помещение, где я стал заниматься оформлением лозунгов к Первомаю, октябрьским праздникам и прочей бумажной работой. Тогда ведь не было ксероксов - каждый экземпляр плаката нужно было написать вручную!Ну, надо сказать, по молодос­ти бывал, что называется, дерзок и настойчив (улыбается). Был случай, когда меня чуть не арестовали за то, что слишком пристально смотрел на генерала: ему, конечно, не понравилось, что младший по званию «вызывающе» себя ведёт. Но, по счастью, дело происходило не в части, а в ресторане, и меня отвоевала (не поверите!) официантка.Хождения за три моря А потом начались мои дальневосточные путешествия - довелось мне пожить и во Владивостоке, и в Находке, ездил на Чукотку, в Анадырь... Сменил несколько профессий, был матросом, судовым мотористом, шкипером, рыбачил на тихо­океанском судне, на сухогрузах, ходил вплоть до Северно-Ледовитого океана. Рыбалка, помню, в начале 70-х годов была потрясающая: наваги - море в прямом смысле! Забрасываешь и тут же вытаскиваешь. Даже надоедало.А когда вы познакомились с этникой?- Во время своих странствий я познал культуру и искусство местных народов. Серьёзно подошёл к занятиям народными промыслами во Владивостоке: познакомился с художником Иваном Василь­евичем Рыбачуком, народной легендой Дальнего Востока, которого считаю своим первым учителем. Правда, сначала занимался грубой работой: помогал скульптору, натягивал холсты на подрамники, проклеивал, грунтовал, но основам научился. Позднее закончил Московский институт.Жизнь коренных народов так же, как и тысячи лет назад, проходит в тесном контакте с природой, поэтому традиционные верования, древние, завещанные предками обычаи и обряды до сих пор занимают в их культуре значительное место. В это время я и начал заниматься резьбой по кости, изготавливать различные амулеты. Меня стали приглашать на выставки в разные города России: особенно запомнился Салехард. Добирались мы туда трое суток - сначала на поезде, а потом через Обь на мотоцикле, - благо, лёд был достаточно крепким. У меня тогда, помню, самое большое количество работ выставлялось на суд иностранного жюри, две витрины. Так много ещё и потому, что ради двух-трёх работ не было смысла ехать в такую даль. Там мне довелось покататься и на оленях! В 80-х в Магадане стал руководителем клуба декоративно-прикладного искусства.Древность в современности - Анатолий Алексеевич, с глиной понятно. А где добываете кость и рога для своих работ?- Глина у меня тоже непростая (улыбается). Материал я нахожу на обрывистых берегах Волги, иногда прибегая к помощи бинокля. Кстати, есть в Канаш­ском районе и очень древняя глина - её возраст около 500 миллионов лет! Из неё получаются обереги, амулеты, талисманы, свистульки... А бивень мамонта - сложный, благородный и очень дорогой материал - привез с севера, небольшой запасец у меня ещё хранится. Часто использую коровий и лосиный рога, а также цевку - трубчатую часть кости конечностей крупного рогатого скота. Из Москвы привёз зубы кашалота, имеются и работы из клыка моржа. В своё время привёз больше тонны рога оленя - это мой любимый материал, и к тому же целебный. Из него также изготавливаю амулеты с зооморфными изображениями, - возил их в Москву, где они пользовались большой популярностью среди иностранцев. У меня большая тяга к этнографии - есть работы на булгарскую тематику, а есть и связанные с Сибирью, шаманизмом.Есть у меня и серия графических работ на трагическую тематику, которая коснулась сталинских репрессий - «Колымская трагедия». Она пока лежит дома и пылится. С удовольствием бы её выставил, но перед этим её необходимо оформить в рамы под стекло, а это потянет, думаю, на сотню тысяч рублей. А пока в планах персональная выставка: буду откладывать изделия на тему этнографии разных народностей России, а также тему материнства и детства. Вот такая экспозиция, думаю, будет интересна многим.- А в Чувашии пользуются популярностью подобные работы?- Покупают, если на них установить небольшие цены. Деревенское население, честно скажу, не очень их понимает. Чебоксарская интеллигенция разбирается, покупают изделия из рога лося и оленя. Но лучше, конечно, берут в Москве и Петербурге. Здесь я, в основном, продаю свистулечки - обереги, которые стоят недорого. На них изображаю наши местные, чувашские рунические знаки, булгарскую письменность. В последнее время мода пошла на знаки зодиака по восточному календарю, но мне как ценителю народных традиций, конечно, хотелось бы, чтобы брали больше нашего, национального, чувашского. Считаю, что древние религии, наше язычество незаслуженно забылись, а порой и целенаправленно замалчивались. А ведь без прошлого невозможно будущее."